18 июня

Верховный суд встал на сторону СМИ

Верховный суд встал на сторону СМИ

Сегодня «Российская газета» публикует постановление пленума Верховного суда «О практике применения судами закона «О средствах массовой информации» — первый масштабный документ, обобщающий правоприменительную практику закона, который действует с 1991 года (от 27 декабря) и до сих пор не вызывал концептуальных претензий. Документы к пленуму и само постановление готовились в соавторстве с представителями Союза журналистов России (в частности, участвовал его Председатель Михаил Федотов) и собственно прессы. Журналистское сообщество оценивает это постановление как свою победу.

Исков к газетам, телеканалам, интернет-прессе так много, что, к примеру, в столичных судах, где на территории их районов действует хотя бы пара СМИ, выделены специальные судьи, разбирающие исключительно споры с журналистами. И очереди к таким судьям расписаны на месяцы вперед.

Пальма первенства в исках против СМИ, судя по судебной статистике, принадлежит чиновникам разных рангов – их иски являются и наиболее «дорогими», начинаясь с сумм с шестью нулями.

О цензуре

Самый спорный пункт постановления — об ответственности интернет-изданий за высказывания на читательских форумах — решен в пользу СМИ. Пленум Верховного суда разъяснил, что комментарии читателей размещаются на сайте, зарегистрированном в качестве СМИ, без предварительного редактирования как материалы «прямого эфира». Если же уполномоченный госорган (Федеральная служба по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций  — Роскомнадзор) установит, что эти комментарии «являются злоупотреблением свободой массовой информации» и укажет на это изданию, то интернет-СМИ «вправе удалить их с сайта либо отредактировать». Если меры приняты не будут, то надзорный орган может вынести предупреждение и уже потом в соответствии с законом о СМИ поставить перед судом вопрос об ответственности редакции.

Интересны в документе разъяснения по вопросу согласования публикуемых текстов (п. 14). Требование обязательного предварительного согласования статей может быть законным, если оно исходит от главного редактора, поскольку именно он несет ответственность за соответствие требованиям закона содержания распространенных материалов. Законность такого же требования, исходящего от учредителя средства массовой информации, зависит от того, прописана ли такая возможность в уставе редакции. Если ничего подобного на бумаге не зафиксировано, то любое вмешательство учредителя в сферу профессиональной самостоятельности редакции и права журналиста считается незаконным.

Не признается цензурой адресованное лично журналисту требование должностного лица предварительно согласовывать исходный текст его интервью. Специально для российских судов, которые рассматривают такие иски, подчеркнуто: требование согласования — это право интервьюируемого гражданина. Но не больше. Обязанности все показывать собеседнику в законе нет. При этом журналист, редактируя впоследствии текст, не имеет права искажать смысл и слова интервьюируемого.

Когда сам человек является автором статьи, требование предварительно согласовать с ним подготовленный к публикации текст цензурой назвать нельзя. С точки зрения закона, точнее Гражданского кодекса, — это форма реализации права автора на неприкосновенность произведения.

Личная жизнь

По судебной статистике большинство исков от граждан так или иначе касается их личной жизни. Вернее, они так считают, если журналист пишет о миллионном личном особняке, построенном на скромную зарплату, или о цене часов на руке начальника, которые стоят больше, чем получат его подчиненные за десять лет непорочной службы.

Верховный суд России допускает вмешательство в частную жизнь политических деятелей и освобождает от ответственности авторов фельетонов, допустивших преувеличение.

О папарацци, людях, зарабатывающих на чужом имени, сказано много. Судя по документам пленума, их фактически реабилитируют в той части их опасного труда, которая соприкасается с частной жизнью политиков. Им разрешат распространять снятые скрытой камерой материалы. В законе прописано, что это допускается делать «для защиты общественных интересов» (п. 25). К таким интересам относится потребность общества в обнаружении и раскрытии угрозы демократическому правовому государству и гражданскому обществу, общественной безопасности, окружающей среде. Теперь судам необходимо проводить разграничение между сообщением о фактах, пусть и не однозначных, способных оказать положительное влияние на обсуждение в обществе вопросов, касающихся, например, политических деятелей при исполнении ими своих функций, и сообщением подробностей частной жизни лица, которое не занимается какой-либо официальной деятельностью.

В то время как в первом случае СМИ выполняют общественный долг в деле информирования граждан по вопросам, представляющим общественный интерес, во втором случае такой роли они не играют.

Запрет на распространение сведений о личной жизни граждан без их согласия не касается случаев, когда это необходимо для защиты публичных интересов, уточняет суд. Деятельность же политиков представляет общественный интерес — и это важно.

Легче станет жить и фельетонистам. В соответствии с Европейской конвенцией, юмористический и сатирический жанр допускает большую степень преувеличения и даже провокации при условии, что общество не вводится в заблуждение.

За что ответят СМИ?

Верховный суд защищает не только пишущих и снимающих. В частности, в случае неполного или одностороннего предоставления в прессе информации, которое ведет к искажению восприятия события, от редакции можно потребовать права на ответ.

По закону СМИ не несут ответственности за высказывания граждан, если они были точно процитированы. Но это в случае, если выступление было официальным, уточнил Верховный суд.

По материалам прессы.